Николай Модестов «Следствие продолжается» Самые громкие дела прокуратуры Москвы нового времени 1991 - 2007 годы

Вот такая самооценка

Временами он явно любовался собой. В начале следствия Косарев оказался в привилегированных условиях следственного изолятора Петровки, 38 - отдельная камера, миролюбивый сосед. И он обнаглел настолько, что, по словам сыщика Александра Матвеева, начал торговаться с операми: сдам еще пару эпизодиков, но вы мне за это принесите хорошие сигареты, чаю, свежих газет...

Он капризничал до тех пор, пока срок его содержания в СИЗО на Петровке не истек. Его перевели в «Матросскую тишину». Там о «подвигах» насильника были уже наслышаны.

Обитатели карантинного блока встретили его отнюдь не хлебом-солью. Таких, как Косарев, в камере всегда ждет страшное возмездие. И после переезда в «Матроску» насильник оказался в тюремной больнице. Говорят, на нем не было живого места. Откровенно говоря, никакого протеста самосуд не вызывает. За всех искалеченных физически, а главное - психически - детей, да и взрослых...

Чего стоит, например, эпизод, когда он шагнул в лифт вслед за молодой матерью с ребенком и в привычной манере, под ножом, изнасиловал женщину на глазах у замершего в углу кабины от страха и ужаса малыша. Мать пыталась защищаться, пробовала урезонить насильника: ребенок ведь смотрит! Но тот сделал свои дела, застегнул «молнию» на джинсах и сказал напоследок:

- Смотри, никому ни слова. Иначе ребенку не жить!

В другой раз Косарев зашел в лифт с компанией школьников младших классов - трех девчушек и двух мальчиков. Насильника хватило на троих. Но и этого ему показалось мало. Угрожая ножом, он заставил одиннадцатилетних мальчишек последовать своему примеру. Прощаясь, ублюдок бросил через плечо одной из девчушек:

- Ну что, понравилось?