Николай Модестов «Следствие продолжается» Самые громкие дела прокуратуры Москвы нового времени 1991 - 2007 годы

Якименко открыл глаза и некоторое время лежал, упершись взглядом в потолок. Затем, почувствовав покачивание вагона и стук колес, неожиданно произнес на «чистом» суржике:

- А якщо я не захочу до Москвы йихаты?

Вместо ответа один из сыщиков раздвинул шторки. За окном проплывали пригороды столицы России. Якименко все понял, но делать было нечего...

- Но самый неожиданный фокус выкинул Чайка, - рассказывает Сергей Дорофеев. - Суд приговорил его к исключительной мере наказания. Приговор был ожидаемый и более чем заслуженный, и тут Чайка заявил: одно из убийств он совершить не мог. Подтверждение тому - намерение венчаться в церкви. То, что в день убийства он находился в Сумах, может подтвердить батюшка храма, в котором было намечено венчание. Верховный суд отменил приговор и направил дело на новое рассмотрение. Обидно, брак в работе, да и несправедливо: ведь ясно было, что убийца врет цепляется за соломинку.

- Делать нечего, отправились в Сумы, - заканчивает рассказ Сергей Борисович. - Убийца не учел, что со времен крещения Руси в наших храмах бухгалтерия и статистика ведутся на самом высшем уровне. Приехали, взяли церковные книги и убедились, что ни в день, указанный преступником, ни в другие дни его фамилия нигде не значится. Это же подтвердил и батюшка местного храма. Мы вернулись в Москву, оформили дело и вновь направили его в суд. В таких случаях обычно после повторного разбирательства суд не выносит аналогичный вердикт. Практика свидетельствует, что в подобных ситуациях наказание всегда смягчается. Судья перестраховывается, что ли... Но приговор был подтвержден. Думаю, это абсолютно уникальный случай в истории отечественного правосудия нового времени, когда преступник получил две высших меры наказания.