Николай Модестов «Следствие продолжается» Самые громкие дела прокуратуры Москвы нового времени 1991 - 2007 годы

Эти мерзкие подробности привожу здесь не только для создания полного портрета того, с кем пришлось работать следователю Андрею Супруненко, но и в надежде на профилактическое значение фактов. Казалось бы, пятеро подростков, два мальчика - смогут себя защитить? Не обольщайтесь и объясните детям: для насильников, получающих особое удовольствие от ощущения опасности, умеющих сломить волю, знающих психологию детей, никаких преград не существует.

Как-то раз он прихватил с собой «погулять» фотоаппарат «Полароид». Проба оказалась удачной. Маньяк отщелкал кассету снимков в любимом «интерьере» - кабине грузового лифта шестнадцатиэтажного дома. «Фотомоделями» служили две изнасилованные им в извращенной форме девушки. Уж он поиздевался над ними всласть. Фотографировал и так, и эдак... Снимки стали вещественным доказательством и были приобщены к многотомному уголовному делу насильника Косарева.

На предварительном следствии он вел себя спокойно. И в этом огромная заслуга Андрея Супруненко. Опытный психолог, грамотный юрист Супруненко прекрасно понимал: если маньяк замкнется, перестанет говорить, не пойдет на контакт, никакого серьезного расследования не получится. И в суд придется направить разрозненные фрагменты серии, подкрепленные лишь сбивчивыми показаниями жертв. И Супруненко «помог» преступнику.

- Я мог выбрать любую линию поведения, - вспоминает Андрей Борисович. - Главное, найти контакт, выйти на диалог с подследственным. Вариантов немало: добрый друг, честный следователь, озлобленный дурак-формалист... Косарев не хотел попадать в общую камеру. Там с насильниками, да еще с педофилами, никто не церемонится. И я подсказал: будешь давать показания, напишешь «исповедь» - тобой наука заинтересуется, студентам начнут показывать. Ты станешь феноменом, вторым доктором Лектором. И он поверил - а что ему оставалось? Так возникли его «записки», так он стал вспоминать эпизоды двух-, трехлетней давности...

Правда, пришлось создавать ему «творческие» условия. По просьбе следователя Косарева поместили в специальный блок «Матросской тишины», тот самый, в котором когда-то находились амнистированные члены пресловутого ГКЧП. Там маньяку выделили камеру-одиночку, где насильник и предавался воспоминаниям и грезам...